Борхес Х. Л. Вавилонская библиотека

Писатели, для которых книжки – собственного рода творческий станок, не все были библиофилами. Самым искренним и реальным библиофилом был Пушкин. Грустна судьба его библиотеки. После погибели Пушкина, когда его вдова вышла замуж за Ланского, книжки Пушкина были свалены в подвалах казарм лейбгвардейского конного полка, которым командовал Ланской. Позже их перевезли в село Ивановское Борхес Х. Л. Вавилонская библиотека, оттуда в другое имение, позже опять вернули в Ивановское, когда это имение заполучил внук поэта А. А. Пушкин. Потом библиотека Пушкина была перевезена в Питербург, в библиотеку Академии, а в 1906 году была приобретена Пушкинским домом Академии. Полностью естественно, что при таких «перебросках» с места на место многие Борхес Х. Л. Вавилонская библиотека книжки затерялись, часть, возможно, была подарена различным лицам. Многие остались на память у родственников и друзей Пушкина. Сочинений самого Пушкина практически нет в этой библиотеке, если не считать 2-ух частей (3-ей и 4-ой) стихотворений, изданных в 1803 и 1835 гг. Всего в библиотеке насчитывается 1522 наименования (более 3 тыс. томов), из их 529 российских, большею частью Борхес Х. Л. Вавилонская библиотека современной поэту художественной литературы. Видное место в библиотеке Пушкина занимают исторические исследования, много книжек по народному творчеству, огромное число журналов и альманахов.

Анненков докладывал, что страсть Пушкина к чтению начала развиваться с 9-го года его жизни, когда он принялся за Плутарха, «Иллиаду», «Одиссею», потом перебежал к французским Борхес Х. Л. Вавилонская библиотека классикам XVII в. и философии XVIII в. В лицее Пушкин воспользовался библиотекой, а позднее много растрачивал на приобретение книжек. Пушкин обожал «рыться в старенькых книгах». Он брал книжки с собой во время путешествий, перевозил их с места на место. Книжки были его наилучшими друзьями: недаром перед гибелью Пушкин Борхес Х. Л. Вавилонская библиотека прощался с ними, как с живыми людьми (свидетельствует Жуковский).

Красноярский библиофил

Иван Маркелович Кузнецов

В библиотеке

Как вы умны и как великолепны,
мальчишки-девочки весны!
Я не завидую зря -
и у меня другие сны.
Но радуюсь - вы за столами
уткнулись в книжки, в веб,
и нету церберов над вами,
портретов даже суровых нет.
А Борхес Х. Л. Вавилонская библиотека я томов таких не лицезрел
и строк схожих не читал.
У нас был черноусый кумир,
схожий на живой металл.
Наш Пушкин был намного легче -
что нужно для бытия,
мы постигали через речи
неторопливого вождя.
Он разъяснял нам жизнь бессонно,
не упуская ничего.
А вы листаете Платона,
ну и Платонова всего Борхес Х. Л. Вавилонская библиотека.
Но преимущество такое
есть у меня - погаснет свет,
вы станете слепой толпою,
умрет одномоментно веб,
а у меня-то ужаса нет.
Я помню Пушкина и Блока,
что прочел - то навечно.
И расскажу совершенно хорошо
про власть магического труда.

Р. Х. Солнцев

В библиотеке

О пожелтевшие листы
В стенках вечерних библиотек,
Когда раздумья так чисты Борхес Х. Л. Вавилонская библиотека,
А пыль пьянее, чем наркотик!

Мне сегодня труден мой урок.
Куда от необычной грезы деться?
Я нашел на данный момент цветок
В процессе старом Жиль де Реца.

Изрезан сетью бледноватых жил,
Сухой, но потаенно благовонный...
Его, наверное, положил
Сюда какой-либо влюбленный.

Ещё от красных дамских губ
Его пылали горячо щёки,
Но взгляд глаз Борхес Х. Л. Вавилонская библиотека уже был туп
И мысли холодно жестоки.

И, правильно, дьявольская страсть
В душе вставала, как будто пенье,
Что дар любви, цветок, увясть
Был брошен в книжке преступленья.

И после, там, в тени аркад,
В великолепье ночи чудной
Кого увидел мерклый взор,
Чей вопль послышался призывный?

Настолько не мало загадок хранит любовь,
Так мучат Борхес Х. Л. Вавилонская библиотека старенькые гробницы!
Мне ясно кажется, что кровь
Пятнает многие странички.

И тёрн сопутствует венцу,
И бремя жизни — злое бремя...
Но что ранее чтецу,
Неутомимому, как время!

Мои мечты... они чисты,
А ты, убийца далекий, кто ты?!
О пожелтевшие листы,
Шагреневые переплёты!

Н. Гумилев

Грёзы в библиотеке

Я сижу в библиотеке, полный Борхес Х. Л. Вавилонская библиотека смутными мечтами,

На меня же глядят книжки золотыми корешками.

И мне грезится: в тех книжках души создателей скрыты;

Их мучения и чувства в тех листах печатных слиты.

Всё, что жгло их и терзало, все их мысли и стремленья,

Всё живойёт бессмертной жизнью тут во славу просвещенья.

Самый воздух тут Борхес Х. Л. Вавилонская библиотека священен, тут незримыми крылами

Тени создателей величавых веют в воздухе над нами.

О! Я слышу: тут витают душ величавых череды,

И от их незримых крыльев шелестят газет странички…

Л. Пальмин

***

Итак, библиотека, картотека.

Эскизы, сноски, выписки, мечты.

И вдруг ты набредёшь на человека,

Который занят этим же, что и ты.

Откуда он? Как Борхес Х. Л. Вавилонская библиотека мог он породниться

С мечтой неясной, с планом твоим?

И кажется, что сияет страничка,

В красивый час написанная им.

И радуешься ты ему как брату,

А если он уже землёю взят,

Ты ощутишь, как свежайшую утрату

То, что случилось, может, век вспять.

В. Берестов


Библиотека

Какие умные книжки,

Какая древняя полка!

Романы, потаенны Борхес Х. Л. Вавилонская библиотека, интриги,

И закладка из сероватого шёлка.

Некий принципиальный очерк

О Рейне и Рейнских замках,

На полях бисерный почерк

И тонкие профили в рамах.

В углу два тома

В пыльной оправе сафьяна.

Цветочки и письмо супиранта,

Полное страсти опьяненной.

«Я не достоин доверья

и я умираю бесславно»…

и даже гусиные перья

смяты будто бы Борхес Х. Л. Вавилонская библиотека не так давно…

Л. Никулин


bonnie-tyler92-angel-heart-hansa-holland-3500-tracks-written-and-produced-by-dieter-bohlen.html
bonus-materinstva-i-usinovleniya.html
bonusi-nachislyayutsya-za-rabochaya-programma-disciplini-morfologiya-anatomiya-cheloveka-gistologiya-citologiya-dlya-specialnosti.html