Борис Леонидович Пастернак - страница 19

Она


Изборожденный тьмою бороздок,

Рябью сбежавший при виде любви,

Этот, вот этот бесснежный воздух,

Этот, вот этот руками лови?


Годы льдов простерлися

Небом в отдаленьи,

Я ловлю, как горлицу,

Воздух нагой жменей,


Прямо за накидкой Борис Леонидович Пастернак - страница 19 ваточной

Все долой, долой!

Сегодня небес недостаточно,

Как мне дышать золой!


Ах, грудь с грудью борются

Денек с уединеньем.

Я ловлю, как горлицу,

Воздух нагой жменей.


Он


Я люблю, как дышу. И я Борис Леонидович Пастернак - страница 19 знаю:

Две души стали в теле моем.

И любовь та душа другая,

Им несносно и тесновато вдвоем;


От тебя моя жажда пособья,

Без тебя я не знаю пути,

Я с экстазом отдам Борис Леонидович Пастернак - страница 19 для тебя обе,

Только одну из двоих приюти.


О, не смейся, ты знаешь какую

О, не смейся, ты знаешь к чему

Я и старенькой лишиться рискую,

Если новейшей я рта не зажму.


^ Порою ты, опередив


Порою Борис Леонидович Пастернак - страница 19 ты, опередив

Моментальной вспышкой месяцы,

Сродни пожарам чащ и нив,

Когда края безлесятся;


Дыши в грядущее, теребь

И жги его залижется

Оно душой твоей, как степь

Пожара беглой жижицей.


И от тебя по самый гроб

С Борис Леонидович Пастернак - страница 19 судьбы твоей преддверия,

Деньки, как будто стадо антилоп,

В испуге топчут прерии.


Apassionata16


От жара струились стручья,

От стручьев струился жар,

И ночь пронеслась, как из тучи

С корнем вырванный шар Борис Леонидович Пастернак - страница 19.

Удушьем свело оболочку,

Как змей, трещала ладья,

Сейчас ж мне кажется точкой

Та ночь в небесах бытия.

Не помню я, был ли я первым,

Иль первою были вы

По ней барабанили нервишки,

Как сетка из бичевы.

Громадиной Борис Леонидович Пастернак - страница 19 рубцов напружась,

От жару грязен и наг,

Был одинок, как кошмар,

Ее восклицательный символ.

Проставленный жизнью по сизой

Безводной сахаре небес,

Он плыл, оттянутый книзу,

И пел про удельный вес Борис Леонидович Пастернак - страница 19.


^ Последний денек Помпеи


Был вечер, как удар,

И был грудною жабой

Лесов багряный шар,

Чадивший без послабы.

И денек валился с ног,

И с ног валился здесь же,

Где с людом и шинок Борис Леонидович Пастернак - страница 19,

Подобранный заблудшей

Трясиной, влекся. Где

Концы свели с концами,

Плавучесть звезд в воде

И вод в их панораме.

Где как будто спирт, взасос

Пары болот под паром

Тянули крепость рос,

Разбавленных пожаром.


И был, как паралич,

Тот вечер. Был Борис Леонидович Пастернак - страница 19, как кризис

Поэм о погибели. Притч

Решивших реализоваться, близясь.


Сюда! Лицом к лицу

Заката, не робея!

На данный момент придет к концу

Последний денек Помпеи.


^ Это мои, это мои


Это мои, это мои,

Это мои Борис Леонидович Пастернак - страница 19 непогодицы

Пни и ручьи, сияние колеи,

Влажные стекла и броды,


Ветер в степи, фыркай, храпи,

Наотмашь брызжи и фыркай!

Что для тебя сплин, ропот крапив,

Лепет холстины по стирке.


Платьица, кипя, лижут Борис Леонидович Пастернак - страница 19 до пят,

Станы гусей и полотнищ,

Рвутся, летят, клонят канат,

Плещут в ладошки работниц.


Ты и тоску порешь в лоскуток,

Порешь, не знаешь покрою,

Вот они там, вот они здесь,

Клочьями кочки покроют.


Прощанье


Небо Борис Леонидович Пастернак - страница 19 гадливо касалось холмика,

Осенью произносились проклятья,

По ветру время носилось, как с платьица

Содранная бурьянами тесьма.


Тучи на горку держали. И шли

Переселеньем народов на горку.

По ветру время носилось оборкой

Грязной Борис Леонидович Пастернак - страница 19, худенький, будничной земли.


Степь, как архангел, трубила в трубу,

Ветер горланил протяжно и императивно:

Степь! Я запамятовал в обладании гласной,

Как согласуют с губою губу.


Вон, наводя и не на воды жуть,

Как Борис Леонидович Пастернак - страница 19 на лампаду, подул он на речку,

Он и пионы, как сальные свечи,

Силится полною грудью задуть.

И задувает. И в мрак погрузясь,

Меркло хладеют и плещут подкладкой

Листья осин. И, упав на площадку Борис Леонидович Пастернак - страница 19,

Свечки с куртин зарываются в грязь.

Стало ли поздно в полях со вчера

Иль до бумажек сгорел намедни

Вянувший тысячелетник петуний,

Тушат. Прощай же. На месяц. Пора.


^ Муза девятьсот девятого


Слывшая младшею дочерью

Гроз Борис Леонидович Пастернак - страница 19, из фамилии ливней,

Ты, опыленная дочерна

Громом, как крылья крапивниц!

Молния былей пролившихся,

Мглистость молившихся мыслей,

Давность, ты взрыта излишеством,

Ржавчиной сияние твой окислен!

Башни, сшибаясь, набатили,

Вены вздымались в галопе.

Небо купалося в Борис Леонидович Пастернак - страница 19 кратере,

Полдень стоял на подкопе.

Луч оловел на посудинах.

И, как пески на самуме,

Клубы догадок полуденных

Рот задыхали безумьем.

Твой же глагол их осиливал,

Но от глобальных песчинок

Хруст на зубах, как Борис Леонидович Пастернак - страница 19 от пылева,

Напоминал поединок.


^ Эскизы к фантазии "Поэма о ближнем"


1


* * *

Во все продолженье рассказа глас

Был слушатель холост, рассказчик женат,

Как шапка бегущего берегом к молу,

Мерцал и мерцал,

И под треск камелька

Взвивался канат

У купален Борис Леонидович Пастернак - страница 19.

И прядало горе, и гребни вскипали

Был слушатель холост, рассказчик женат.


И нередко рассказом, был слушатель холост,

Рассказчик женат; мелькающий глас,

Как шапка бегущего молом из глаз

Прятался сбивало и в темные бреши

Летевших громад, гляделась Борис Леонидович Пастернак - страница 19 помешанным

Осанна без края и пенилась, пела и жглась.


Будто бы обили черным сукном

Соборные своды, и исключительно в одном

Углу разметались могучей мечты

Бушующие светоносно листы.


Будто бы на море, на бурный завет,

На Борис Леонидович Пастернак - страница 19 библию смерти пенистый свет

Свергался, и лупили псалмами листы,

И строчки бурлили, дышали киты.


И небо плакало над морем, на той

Страничке развернутой, где за 6-ой

Печатью седьмую печать сломив,

Вся соль его славит, кипя Борис Леонидович Пастернак - страница 19, суламифь.


И молом такого то моря (прибой

Впотьмах городил баррикаду повстанца)

Бежал этот глас, страшный, как бой

Часов на дальной спасательной станции.


Был слушатель холост, был глас была

Вся бытность разрыта, вся вечность, растерянный,

Осклабясь во Борис Леонидович Пастернак - страница 19 все лицо, как гора,

И влажный от слез, как маска бассейная,

Он задумывался: "Мой бог!

Где же был ране

Этот клубок

Нагнанных братом рыданий?


Разве и я

Горечи великолепий,

В чаши края

Сердечком Борис Леонидович Пастернак - страница 19 впиваяся, не пил?

Как без слез,

Как без ропота, молчком

Жжение снес

Ропота, слез я и желчи?

Либо мой дух, как молитвенник,

Свирепых не слыша ран,

К самому краю выдвинут

Темной доски лютеран.

Служит им Борис Леонидович Пастернак - страница 19 скорбью настольной,

Справочником и с тем

Жизнь засолила больно

Тело моих поэм?"


1


Я тоже обожал. И за архипелаг

Жасминовых брызг, на брезгу, меж другими,

В поля, где впотьмах еще, перепела

Пылали, как гортани в ангине,

Я Борис Леонидович Пастернак - страница 19 ангела имя ночное врезал,

И в ландыша жар погружались глаза.

..................

Как скряги рука

В волоса сундука,

В белокурые тыщи британских гиней.


2


Земля просыпалась, как Ганг

...............

...............

...............

...............

...............

...............

...............

...............


3


...............

...............

...............


Не я ли об этом же о спящих песках,

Как о сном Борис Леонидович Пастернак - страница 19 утомленных детях,

Шептал каштанам, и стучало в висках,

И не знал я, куда мне деть их.


И ассоциировал с мелью спокойствия хмель,

С песочной косой, наглотавшейся чалений

И тины носившихся морем недель Борис Леонидович Пастернак - страница 19...

Что нередко казалось, ушей нет,

В мире такая затишь!

Затишь кораблекрушенья,

Нередко казалось, спятишь.


Тучи, как цирка развалины,

Нагреты. Разможжено

О гроты оглохшее дно.

И чавкают сыто скважины

Рубцами волны расквашенной.


Пастбищем миль Борис Леонидович Пастернак - страница 19 умаленный,

Ты закрываешь глаза;

Как штиль плодоносен!

Как наливается тишина!


Гнется в плодах зрелый залив,

Олово с солью!

Волны, как ветки. Горячая осень.

Шелест налившихся слив.

Олово с солью!

Клонит ко Борис Леонидович Пастернак - страница 19 сну чельные капли пополудни.

Спится теплу.

Господи боже мой! Где у тебя, беспробудный,

В этой юдоли

Можно заснуть?

Площадь сенная,

Голуби, блуд.

Красноватый цыган конокрад,

Смоль борода, у палатки

Давится жадным распалом

Заполыхавшего сена.

Без треска и Борис Леонидович Пастернак - страница 19 шипу

Сено плоится,

Слова не молвя.

Сонная глядит масса,

Как заедает ржаною горбушкой,

Пальцы в солонку,

Пышноватый огнь он.


Крючится сено,

Как с бороды отрясает

Крошки и тленье.

Тянутся низковато лабазы.

Ваги и Борис Леонидович Пастернак - страница 19 гири.

Пыль и мякина.

Лязга не слышно

Идущих мимо вагонов.

То полевою

Мышью потянет, то ветер

Из винокурни стукнет

Горячей изжогой,

То мостовая

Плоско запреет конюшней,

Краской, овсом и мочою.

Ты открываешь глаза.

Тощ молочай.

Прыщет песчинками чибис.

Ящерица Борис Леонидович Пастернак - страница 19, невзначай.

Пенно лущится крошево зыби

В грудках хряща.

Тут так глубоко.

Так просто захлебнуться.

Плеск этот, плеск этот, плеск...

Как будто лакает гора;

Как будто блюдце

Глубь с ободком.

Зыбь.

Жара Борис Леонидович Пастернак - страница 19.

Колосится зной,

Выпекает,

Течет в три ручья.

В топке

Индига

Солонеет огнь.

К дохлой

Пробке

Присохла

Вонь.

И, как в ушах водолаза,

В рослых водах балласт

Грузимых звонов; фраза

Зыби: музыка, муза

Не даст. Не кинет. Не даст.

Тускнеет, трескаясь,

Рыбья икра.


Денек Борис Леонидович Пастернак - страница 19 был резкий,

Марбург, жара,

По вечерам, как перья дрофе,

Городку шли озаренья кафе,

И низковато, жар птицей, пожар в погреба

Бросая, летела судьба,

Струей раскаленного никеля

Слепящий кофе стекал.

А в зарослях парковых Борис Леонидович Пастернак - страница 19 глаз хоть выколи,

Но парк бокал озарял

Луной, леденевшей в бокале,

И клумбы в шарах смолкали.

..............


* * *


Уже в архив печали сдан

Последний вечер новожила.

Окно ему на чемодан

Ярлычек кровавый наложило.


Перед отъездом ужасный символ

Был самых Борис Леонидович Пастернак - страница 19 сборов неминучей

Паденье зеркала с бумаг,

Сползавших на пол грязной кучей.


Заря ж и на полу стекло,

Как на столе пред этим, лижет.

О счастье: зеркало цело,

Я им напутствуем не Борис Леонидович Пастернак - страница 19 выжит.




borec.html
boremsya-s-sobstvennim-nezhelaniem.html
borev-yu-b-b-82-estetika-v-2-h-t-t-2-5-e-izd-stranica-22.html